Понравилась статья? Поделись с друзьями в соц. сетях!


«ЧЕРНЫЙ ДЬЯВОЛ»

Автор: Виталий Файзиевич НИКУЛУШКИН

Продолжение рассказа ПЕСТУН.

Недолго пробыл медвежонок в своем временном убежище. Через несколько дней пошел весенний дождь вперемешку с мокрым снегом. Медвежонка подтопило. Тогда он снова пошел к материнской берлоге. Но что это? Еще не доходя, он обнаружил след, идущий на хребет. Вприпрыжку, добежав до берлоги, он нашел её пустой, в ней тоже было немного воды. Но он уже не думал задерживаться. В этот день он мать так и не догнал. Он встретил её на восточных склонах сопок недели через две, когда копал корни лопухов и ел молодые побеги медвежьей дудки. Наконец-то все семейство собралось вместе. Мать обнюхала обоих медвежат и не прогнала. Достаточно уже было травы и корней, пищи хватало…

Однажды в середине лета мать подвела их к какому-то развороченному бугру, было это глубокой ночью. Перед этим она рыкнула на медвежат, те притаились под кустом и ждали, не двигаясь, пока она их не позвала, призывно ухнув. Сама же она долго кружила вокруг кустов, откуда доносился запах падали. Несколько раз заходила против ветра. Только убедившись, что им ничего не грозит, принялась за еду. Она выдернула из земли остатки закопанной медведем коровы. Хозяин не вернулся к добыче. Пировали они там два дня. Пока не обгрызли и не растащили белые чистые мослы по всей поляне. Ночью слышали далекий рев медведя и жалобное мычание коровы. Через некоторое время как будто поднялся ураганной силы ветер. На реке загремело, затрещали кусты, шум постепенно удалился вниз по реке. Это промчался перепуганный табун коров, все сметая на своем пути. Попадись им в это время медведь на пути, они могли бы, кажется, и его затоптать. Днем, спасаясь от назойливого комарья на крутом берегу реки, на ветру, они слышали далекий крик воронья. Кричали вороны нудно и надсадно, словно что-то деля меж собой.

К вечеру семейство направилось в ту сторону. Ещё много не доходя, почуяли запах падали. Но мать почуяла и запах более сильного медведя. Она нерешительно потопталась на месте, но благоразумие взяло верх. Они уходили дальше и дальше от этого вкусного запаха. Но вот старший медвежонок не выдержал и повернул обратно. Мать сначала не обратила на это внимания, а когда поняла, что медвежонок отстал, искать не стала. В таком возрасте медвежата покидают матерей.

Медвежонок же сначала посидел, притаившись в кустах, а потом со всех ног рванул назад по своим следам. Вот уже стал чувствоваться запах падали. Но вдруг на него налетели две собаки. Они оглушительно гавкали, норовя ухватить его за зад. Медвежонок сначала, как заводной, крутился на месте, отбиваясь, но потом, видя, что не справиться, опрометью кинулся наутек. И вовремя его спасла густая трава, из-за которой охотник не смог его хорошо разглядеть. Мчался он, не переводя дух, собаки давно отстали, а остановился только, влетев в заросли бамбука. В одном месте болела задняя нога, там огромный злой пес оставил отметины от своих зубов. Медвежонок зализал это место, вроде стало легче, успокоился. Но тут захотелось пить. Пришлось спускаться к ручью. Благо, на Сахалине, в каждом большом овражке свой неповторимый ручеек. Напился, лег на бережке и задремал. Проснулся в сумерках от назойливого гула комаров. Попил водички и пошел вниз по ручью. Мимоходом слопал несколько крупных улиток, ползающих по огромным лопухам, поковырял погрыз корни лопухов и пучки — медвежьей дудки. Ручеек влился в речушку. На берегу он нашел и съел несколько маленьких рыбешек, они остались в пересохшей лужице после паводка. Здесь же он придавил и слопал зазевавшегося лягушонка. Погнался было за маленьким, не умеющим ещё летать куличком-перевозчиком, но его обманула мать куличка. Она пробежала у медвежонка под носом, и он помчался за ней, но она перелетела на другую сторону. Медвежонок же в азарте влетел в речку и тут только сообразил, что это не его добыча. Он вылез на берег встряхнулся, огляделся по сторонам и пошел вдоль речушки. В нос ударил какой-то незнакомый пряно-парной запах. Мишка ловя струю воздуха пошел на сближение и вышел на большую поляну. На ней жуя жвачку, сопя и вздыхая во сне, лежало отдыхая стадо коров. Но спали не все, Две-три не «наевшихся» за день бродили по поляне. Они-то и заметили мишку. Раздалось протяжное мычание, и глупые коровы пошли на встречу. Были это молоденькие телки такие же любопытные, как и медвежонок. Тут же проснулось и повскакивал ещё с десяток животных. Все они двинулись знакомиться. Мишка не выдержал такого натиска и громко ухнув, рванул что было силы по лопухам. Коровки же со страху, поняв наконец, что это не их собрат рванули в другую сторону. Нужно сказать, что молодняк скота на вольном выпасе и загоняют его только для перевески и подсчета.

Поняв, что его не преследуют, мишка успокоился. В темноте он видел и ориентировался почти как днем. Но чаще он доверял обонянию и слуху, и они не подводили. Вот его чуткий нос поймал невесть откуда донесшийся запах падали. Он покрутился на месте, приподнялся на задние лапы, а опустившись уже как по веревочке пошел в нужном направлении. Запах становился сильнее и сильнее. Но что это, к этому запаху добавился ещё один еле ощутимый, но тут же напомнивший о собаках. Мишка замер. Стоял он на берегу речушки под крутым обрывом. Тут вдруг внимание привлек сорвавшийся сверху камень. Мишка глянул вверх и шерсть на нем сама поднялась дыбом» Сверху на него смотрел старый громадный медведь, одного удара которого хватило бы на пятерых таких медвежат. В следующую секунду, опомнившись он уже вихрем мчался, не разбирая дороги подальше от этого громилы. Остановился поняв, что его никто не преследует. Любопытство брало верх, да и мясца тухленького хотелось. Поэтому мишка решил вернуться. Но возвращался он не по своему следу, а решил посмотреть на все сверху, оттуда где стоял старый громила. Он забрался на самую вершину обрыва и почти сразу же заметил громилу. Тот стоял внизу и принюхивался. Мишка затаился на обрыве за кустом шиповника. Громила почему-то вернулся к речке и пошел по берегу вверх, постоянно принюхиваясь. Вот он через некоторое время повернул в сторону и, как бы прячась в кустах, стал огибать несколько крупных деревьев. На открытые места громила не выходил, часто останавливался и даже приподнимался на задние лапы. Тут неожиданно в разрыве чуть мелькнула луна и сверху медвежонку показалось, что на крупных деревьях что-то неестественно блеснуло. Так не блестит роса, не блестят листья, да и вода не так блестит. Он перевел взгляд на громилу, но его уже в том месте не было. Заметил он его за добрую сотню метров стоящего на задних лапах и наблюдающего за деревьями. Но вот он опустился и стал как бы завершать круг возвращаясь к речке, но уже на большом расстоянии от деревьев. Поднявшийся ветерок подул вдоль обрыва, но что это громила вдруг так проворно рванул в кусты что и медвежонок насторожился. Ему, наверху, не учуять было, а вот старый медведь хватанул запах человека. Медведь плохо видел, но собственному носу он не мог не верить, нюх его ещё не подводил. Громила исчез в кустах. Назойливое комарье сдувало ветром, мишка вертел головой, не зная за чем бы ещё понаблюдать. В это время раздуло ветром тучи, и полная луна бледным светом осветила всю лежащую внизу долину. Сверкала перекатами речка, сверкали в небе многочисленные звезды, доносился далекий гудок поезда, не умолкая пели и трещали ночные птички. Но что это? Мишке показалось что в больших деревьях опять что-то блеснуло. Не отрываясь глядя на деревья, он заметил, что там что-то шевельнулось, а ветра в это время совсем не было. Блестящая полоска как бы лежала на сучьях деревьев, и, сколько мишка не смотрел, на других деревьях такой не было. Долго ещё наблюдал он из своего убежища. Где-то ближе к рассвету ещё раз вернулся громила, но пройдя немного резко развернулся, как будто напугавшись чего-то, убрался восвояси. Начало светать. Мишка заметил лису, вертящуюся на поляне возле больших деревьев, но и она чего-то напугавшись убежала. И вот уже когда совсем рассвело начало твориться что-то необычное. На больших деревьях вдруг зашевелился, как будто бы ворох листьев. Вот из вороха появились руки и стали что-то делать. Вдруг будто привязанный стал опускаться с деревьев мешок, следом на землю что-то шлепнулось. И, под деревом появился человек. Мишка просто не заметил, что он спустился за толстым стволом дерева. Когда этот пятнистый, как листья, человек пошел в сторону обрыва мишка сорвался с места и рванул в ближайшие кусты. Убегая он заметил в руках у человека что-то блеснуло, как и ночью при луне. С ружьем он ещё не был знаком.

Ещё две ночи он наблюдал как громила вертелся внизу, не подходя к большим деревьям, откуда доносился запах тухлятины. На третью ночь он не появился. Но человек каждое утро слезал с дерева, и Мишка понял, что это его добыча. Зато днем, бродя вдали от этого места по непролазным зарослям, он опять же по запаху, наткнулся на останки коровы. Здесь Мишка плотно наелся и убрался только к вечеру, когда услышал в зарослях подозрительное потрескивание.

Остатки дня он решил провести на обрыве, на ветру, где не так надоедало комарьё. Когда он уже почти засыпал услышал многочисленный топот и мычание. Коровок он уже не боялся и несколько раз наблюдал за ними из-за кустов. Тут он ещё решил посмотреть на них. Но что это? Мишка заметил, что с соседнего склона за ними смотрит его собрат. Он был значительно меньше громилы, но намного больше Мишки. Вот он потихоньку стал спускаться наперерез стаду и лег в тени под кустом. Коровки кормились, ничего не подозревая идя по ветру прямо на затаившегося медведя. Вот несколько уже миновали куст. Одна подошла совсем близко и щипала траву. Дальнейшее случилось в считанные секунды. Не успела коровка даже развернуться и задать стрекача громадная медвежья лапа опустилась на холку и рванула сухожилие. Этого уже было достаточно, но та же лапа с могучими когтями рванула по животу и выпустила внутренности. Раздавался треск разрываемого тела и жалобное мычание умирающего животного. Медведь не рыкнул не заворчал, правда нанес ещё один удар по шее коровке из последней силы, пытающейся поднять голову. Корова ещё была жива, а он рвал и пожирал дымящиеся внутренности. Дурной молодняк, в первые секунды он как бы остолбенел от происходящего, потом сбился в кучу. И что больше всего поражает пошел к хищнику явно не боясь его, а как бы изучая. Вот они уже плотным кольцом обступили медведя и его жертву. Вот уже ближайшая потянулась к нему мордой, но тут же получила удар когтистой лапой и жалобно замычав отлетела в сторону. Другая коровка вообще ткнула носом медведя в зад и тоже получив от него свою порцию отлетела с поцарапанной мордой. Ещё одна стоящая рядом отлетела с порванным боком. И только тут медведь громогласно рыкнул. Или он пришел в ярость от такого натиска или обиделся за прерванный обед, но на коров рык подействовал, как звук бича. Все стадо мгновенно развернулось и пустилось вниз по речке как ураган все сметая на своем пути. Мишка уже давно стоял на задних лапах и забыв все на свете во все глаза наблюдал за происходящим. Коров же не остановили даже жерди загона, они как спички разметали два пролета. Выскочившие из будки пастухи заметили только хвосты уносившегося стада…

Невесть откуда взявшиеся черные вороны призывно крича кружились над местом удачной охоты медведя. Покричав они сели на сухую березу на обрыве и стали ждать своей очереди…

Я, в то время, молодой охотник, приехавший на Сахалин (после службы в армии) «пострелять медведей, которые по деревням ходили», никак не мог в течении года даже увидеть медведя. Своего опыта никакого. Местные своим не делились, да и медвежатников не было. Поэтому я метался на своем мотоцикле везде куда пригласят. И в этот раз, не отказался, подменившись на работе, поехал к пастухам. Погода была мрачная, моросил то ли мелкий дождь, то ли сахалинский туман.

Когда подъезжал к загону обогнал идущий трактор в кабине которого сидело трое мужиков. Пока устраивал под навес мотоцикл подъехал трактор. Высыпали из будки пастухи (у хорошего хозяина для собаки жилье бывает лучше, чем на Сахалине времянки у пастухов.)

Из трактора вылезли два молодых парня и один постарше. Стали знакомиться. Улыбчивый круглолицый крепыш назвался Вадим Логачев, другой молодой был управляющий отделением Евгений, фамилии не назвал, постарше был механиком Володя Ступшии. Они, оказывается, тоже приехали на медведя. Все трое были изрядно навеселе, балагурили не умолкая.

Дело было уже к вечеру, решили, не заходя в будку, ехать на место засидки. Они, оказывается, днем уже были, но лабаз строить не стали, рядом не было ни одного крупного дерева. Да и были они в медвежьей охоте такие же «опытные», как и я.

До места не доехали с пол километра, бросили трактор. Стали собирать ружья. Более-менее современное было только у меня — это был «ИЖ-12» первый выпуск. У тракториста и механика были двустволки курковые, управляющему где-то добыли одностволку с длиннющим как у пушки стволом. Патроны начинены были самодельными круглыми пулями. А дать им хорошие патроны было невозможно, у них были другого калибра ружья. Шли вдоль реки иногда переходя по бродам с берега на берег. Морось дождливая прекратилась. По берегам речки были такие заросли громадных лопухов и травы, что мы шли как в джунглях. Шли мы по тропинкам, протоптанным коровами, Мне казалось, что выйди нам навстречу из этих зарослей медведь, и мы его не увидим до последнего мгновения. Однако, мужички мои остановились, сказали, что отсюда уже близко. С ружьями на готове прошли небольшую полянку и в конце её наткнулись на волок. Это медведь тащил задавленную корову. Пёр он её как хороший бульдозер все сметая на пути, мелкие кусты и лопухи были как утюгом приглажены. Но вот волок нырнул в ручей и закончился на другой стороне под обрывом, огромной наваленной кучей всякого древесного хлама вперемешку с землей и кусками дерна. Из кучи торчало две белых коровьих ноги. Медведя рядом, конечно, как мы ждали, не оказалось, так как такая толпа и слона бы напугала. Сесть рядом и ждать до темноты, не представлялось возможным. Обрыв был слишком велик и крут. Окружавшие поляну громадные лопухи и густой кустарник даже днем могли скрыть целую дивизию не то что крадущегося медведя. Поэтому разумно решили сесть метрах в ста на краю поляны с которой было прекрасно видно во все стороны. Решили, что если медведь придет засветло начнет есть, то мы сможем спокойно подкрасться на нужное расстояние, а это где-то 20-30 метров. До темноты время ещё было. Мужики мои решили перекусить. Невесть откуда достали немного начатую бутылку водки, банку с горбушевой икрой и кусок хлеба. Вадим подал нож — это был широкий японский штык без чехла. Отточен он был как бритва, в чем я повертев его в руках тут же убедился, из пореза на пальце показалась кровь. Пили из горлышка по паре глотков, заедали икрой с хлебом.  Я иногда осматривал окрестности в бинокль, наводил его и на кучу хлама с торчащими белыми ногами. Сидели до темноты. Мужички, на старые дрожжи, уже изрядно захмелели и готовы были пойти в рукопашную, но я их сдерживал. Трещали и пели на разные голоса десятки птиц в травяных джунглях. В ночной тиши громко журчал многочисленными перекатами ручей. Вот одна из мелких птичек заполошено запищала и улетела, немного погодя так же запищала и улетела ещё одна. Взлетали они где-то в районе кучи. Я поднял бинокль темнота была не слишком густой, две торчащих из кучи белых ноги были видны светлыми полосками. Убрал бинокль, да, без бинокля, я даже и того уже не видел. Тут бинокль попросил Вадим и тоже стал разглядывать что-то в стороне кучи. Интересно что ручей в это время как-то странно стал журчать. То его как будто перекроют, то он зажурчит сильнее прежнего. Комарье стало совсем заедать. Был конец июля самый комариный с сезон. Вдруг Вадим нагнувшись зашептал мне в ухо: «ты знаешь что-то ног не было видно, сейчас опять видно стало» и сунул мне бинокль. Как я не шарил биноклем так две светлых полоски и не нашел. Но тут он опять попросил бинокль и немного погодя сказал тихонько, что видит полоски. Туман клубившийся над речкой стал втягиваться и в наш распадок, стало прохладно. И Евгений предложил идти к пастухам спать, с чем все дружно согласились. Вспоминая мать и бога мы в кромешной тьме, в туманной мороси, мокрые до пят, добрели до трактора. В будке у пастухов было жарко натоплено. Железная печка, сваренная из двухсотлитровой бочки, была красной возле трубы и гудела как реактивная. Оказывается, когда уезжали Евгений (управляющий) распорядился сварить ужин и передал рюкзак, плотненько набитый чем-то, пастухам. На столе опять появилась бутылка и по чашке макарон по-флотски, где тушёнки было больше чем макарон. Перезнакомился с пастухами. Оказывается, они вечером согнали и пересчитали все стадо. Кроме задавленной (закопанной) коровы не хватало ещё три. Договорились что утром мы уедем ещё затемно, а они, когда рассветет подъедут на лошадях. Все вместе и поищем. Хотя я себе ничуть не представлял, как можно в этих травяных джунглях что-то найти. В них в пяти-шести метрах уже абсолютно ничего не видно. От лошади с седоком часто даже головы не торчали поверх… Угомонились далеко за полночь. Кстати оказалось, что никто из нас всех на медведя не охотился, а я кроме как в зоопарке, его даже не видел. Хотя, по разговорам, всем в храбрости нельзя было отказать…

Будильник прервал сон, когда я только начал подкрадываться к медведю…. На востоке за сопками чуть посветлело небо. Пошли пешком, не стали греметь трактором. Пока дошли, рассвело, туман рассеялся видно под утро. С кустов срывались крупные капли и громко шлепали по громадным зонтикам лопухов. Под самым крупным запросто было спрятаться от дождя.

Подошли к месту засидки, поглядели под обрыв в конец поляны. Я удивленно хмыкнул, Вадим что-то буркнул, механик в голос сказал, что не видит торчащих коровьих ног. С ружьями на готове, подошли ближе. Да!!! Корова была выдернута, видимо за одну ногу из кучи хлама. Она лежала в ручье, прямо в воде, в нескольких шагах от кучи. Доносился сладковатый запах тухлятины. Изрядная часть мякоти была съедена. Шкура в этом месте была как ножом снята и завернута. На глинистом бережке был отпечаток передней лапы медведя. Я спокойно встал в него двумя сапогами 42 размера. При осмотре оказалось, что медведь подошел по ручью, прямо по воде, шел он по течению. Мы вдвоем с Вадимом сразу же заметили, что ночью ручей поэтому странно журчал. Наевшись, медведь поднялся на обрыв и ушел в верх по ручью, — это явно было видно по следам. Пока разбирались в следах и осматривали местность рядом, совсем рассвело. Решили пройти немного вверх по течению ручья, посмотреть откуда пришел медведь. Ручей был неглубокий и ширина не превышала 2-3-х метров. По берегам ручья были дикие заросли лопухов и травы, они в полтора два раза превышали рост человека, коровы в этот распадок заходили, но малым числом тропинок в зарослях совсем не было. Я один был в болотных сапогах, остальные кто в кедах, кто в ботинках, легче всего было идти по ручью что я и сделал, мужики же пошли по крутому берегу на нем заросли были ниже доходили всего до пояса. Не умолкая трещали десятки мелких птичек, взлетавших с испуганным писком при нашем приближении. След медвежий четко проступал по берегу ручья, да  и на дне были видны огромные отпечатки» Сумрачность под зарослями трав и кустов какое-то инстинктивное чувство страха, что где-то здесь может быть крупный хищный зверь, не давали расслабляться. Шли с ружьями на готове. Но вот, прошли сотню метров, две, чувство опасности как-то притупилось. Стали потихоньку разговаривать. На крутом повороте вообще встали. Вадим все время нес японский штык в руке (не было чехла), и он видно ему изрядно надоел, да и мешал» Он предложил Евгению, тот был в старом пиджаке, проткнуть им карман, чтоб лезвие торчало наружу вниз, а ручка была в кармане. Я стоял внизу в ручье, они на крутом берегу спорили, за ними шла крутая сопка. Вдруг они как по команде глянули в мою сторону и мгновенно развернувшись рванули в сопку, на месте остался, сверкая лезвием штык.

За спиной у меня треснул сочный пустотелый стебель лопуха. Я не спеша развернулся и не знаю удивился или нет, но напугаться явно не успел, увидя в пяти шагах торчащую из лопухов огромную медвежью башку. Маленькие глазки, громадные как две мохнатых рукавицы уши и открытая пасть. Розовый язык торчал изо рта с него свисала капля слюны, виден был обломок клыка. Медведь с глухим рычанием втягивал воздух в свою громадную грудь, которая как и все туловище как бы скрывалось за ширмой лопухов» Казалось до его влажного кирзового носа можно было достать концом ружейного ствола. Какие-то мгновения ствол, как и мысли в моей голове, метались ища точку прицеливания и замерли, ткнувшись в глаз. Выстрел слился с такой силы ревом, что и по сей день я подобного не слышал. Громадный зверь вскинулся на дыбы выше лопухов и замерев, на секунду, в рассеивающемся во влажном воздухе дыму, провалился как в бездну. Качнулись лопухи на мгновенье наступила тишина, птицы молчали, кажется смолк даже говорливый ручей. Но тут же затрещали с сопки- выстрелы, засвистели над головой пули. Тут уже я заорал, вспоминая мать и бога, и ближних родственников. Стрелять после этого никто не стал. Только, где-то, дальше по ручью трещали лопухи как будто кто-то убегал. Все- это время я стоял, не отрывая взгляда от того места где взметнулся на дыбы медведь. Я почему-то думал, что он ещё раз появится. Но нет. Мужикам сверху было видно все. Нигде ничто даже не шевельнулось. Опять на десятки голосов запели птицы, как бы проснулся ручей. Подошли мужики, и я, пятясь почему-то задом, вылез на их берег. Перезарядили ружья. Посовещались. Решили идти смотреть, но зайти при этом сверху ручья. Через десяток метров в лопухах открылась как бы поляна. Но, скорее всего, тут шел бой. Переломанные развороченные кусты, примятые как трактором лопухи и трава, и по краям этой поляны три вздувшихся трупа коров, над которыми стоял гул от тысяч зеленых мух. Спускаясь ниже по лопухам, мы наткнулись на медведя, он лежал на спине в небольшом углублении. По окровавленной морде тоже ползали мухи. Взявшись вчетвером за ноги мы его перевернули набок, но сдвинуть с места как ни старались, так и не смогли.

… Потом, разбираясь в следах на месте побоища я обнаружил ещё один след медведя, но небольшой. Видимо, он подходил сюда, когда «громила» ходил вниз по ручью на ужин. Да и убегал после выстрелов, вдалеке треща лопухами, скорее всего тоже он. «Громила» был весом более пятисот килограммов. Во рту у него почти не было зубов, из четырех был лишь один наполовину обломанный клык. Набеги на это стадо коров прекратились…

 

1 комментарий к “«ЧЕРНЫЙ ДЬЯВОЛ»”

  1. Thumb up 0 Thumb down 0

    Прекрасное повествование! Прочитал на одном дыхании,написано очень Здорово! Спасибо!!! Как будто,фильм посмотрел! :good: :bye:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

:bye:  :good:  :rose:  :heart:  :negative:  :scratch:  :wacko:  :yahoo:  B-)  :-)  :whistle:  :yes:  :cry:  :mail:  :-(  :unsure:  ;-)